Тимошенко получила бублик для перевыборов в мае

С выходом Юрия Бублика из БПП “коалиция на двоих” недоберет уже два голоса, чем может попытаться воспользоваться “мелкочленная оппозиция” 23 января 2017 г. исполнился ровно месяц с того дня,...

С выходом Юрия Бублика из БПП “коалиция на двоих” недоберет уже два голоса, чем может попытаться воспользоваться “мелкочленная оппозиция”

23 января 2017 г. исполнился ровно месяц с того дня, как правящая коалиция “Европейская Украина” с выходом нардепа Сергея Мищенко потеряла формальное большинство. То есть уже более 30 дней Верховная Рада с формальной точки зрения не имеет полноценной коалиции, что, согласно Основному закону, дает президенту основание для роспуска парламента и назначения досрочных выборов.

Об этом факте, возможно, никто бы и не вспомнил, если бы сегодня из фракции БПП и из коалиции не вышел еще один нардеп. На этот раз коалиционным “дезертиром” стал Юрий Бублик, пришедший в президентскую фракцию одновременно с Мищенко в апреле 2016-го.

Сразу же после выхода Мищенко из коалиции, а это было в канун долгих новогодних праздников, “ДС” уже писала о возможном очередном коалиционном кризисе, предполагая, что приблизительно по истечении 30 дней из коалиции может выйти еще кто-либо из депутатов. Как оно, собственно, и случилось.

Как видим, почти все написанное нами месяц назад еще актуально, но с поправкой на некоторые новые обстоятельства. Так что позволим себе напомнить содержание статьи месячной давности с небольшими правками.

Итак, 23 декабря 2016 г. народный депутат Сергей Мищенко покинул фракцию Блока Петра Порошенко. Ровно через месяц — 23 января 2017-го — его примеру последовал Юрий Бублик. Их уход вполне способен спровоцировать новую волну “шатуна” вокруг нынешней “коалиции на двоих”, которая вроде бы есть, а вроде бы ее и нет.

Стоит отметить, что пребывание Мищенко и Бублика во фракции БПП оказалось недолгим. В Раду эти народные избранники прошели по мажоритарным округам (№98 у Мищенко и №145 у Бублика) и до апреля 2016 г. они оставались внефракционными.

Собственно, вхождение этих депутатов во фракцию было вызвано весенним коалиционным кризисом, когда после выхода из коалиции “мелкочленов” — “Батьківщини”, Радикальной партии и “Самопомочі” большинство потеряло заветные 226 мандатов и формально перестало быть таковым. Именно вхождение в БПП Мищенко и Бублика вместе еще с двумя внефракционниками — Сергеем Рудиком и Андреем Немировским — и позволило говорить о наличии коалиции из двух фракций в составе 226 депутатов. Как заявлял тогда Мищенко, именно его подпись “под созданием коалиции” стала решающей 226-й, поставленной, чтобы “не играться и не расшатывать страну”.

Выход сначала Мищенко, а потом и Бублика вновь позволит оппозиции заявлять, что коалиция мертва, ведь без этих двух нардепов сумма депутатов БПП и “Народного фронта” составляет всего 222, плюс спикер Парубий и вице-спикер Геращенко, то есть 224 штыка. Плюс якобы еще некие не названные внефракционные депутаты, подписей которых под коалиционным соглашением так никто и не обнародовал. А наличествующие 224 штыка — это, как ни крути, уже никак не большинство от конституционного состава Рады.

Мищенко о причинах своего решения покинуть БПП так ничего официально и не сказал, а в кулуарах парламента подозревают, что мажоритарщик покинул фракцию как раз для того, чтобы поиграть в “расшатывание страны” и создать повод для досрочных выборов, которых очень хотят некоторые нынешние оппозиционеры. В первую очередь речь идет о “Батьківщині” и Оппоблоке.

Что касается Бублика, то он заявил о своем выходе из коалиции в социальных сетях именно 23 января, хотя ближайшее заседание парламента, на котором спикер Андрей Парубий сможет официально огласить о выходе нардепа из БПП, состоится только через две недели — 7 февраля. При этом Бублик сопроводил свое заявление о выходе из фракции и коалиции жесткой критикой власти, обвинив последнюю едва ли не во всех видах зрады.

Какими же будут последствия ухода двух депутатов и сокращения коалиции ниже критической отметки в 226 голосов? С точки зрения формально-юридической ничего особенного не произойдет. Во-первых, отсутствие коалиции на протяжении 30 дней никоим образом не обязывает президента распускать парламент, а лишь дает ему такое право, которым он может воспользоваться, а может и проигнорировать. О парламентском кризисе можно было бы смело говорить, если бы после ухода Мищенко коалиция больше не могла набирать нужного количества голосов, однако, как показало голосование за госбюджет-2017, власть вполне способна привлечь нужное число мандатов. Так что, даже если вслед за Мищенко и Бубликом из коалиционных фракций выйдут еще несколько депутатов, это никак не повлияет на результативность будущих голосований.

Таким образом, парламент вполне способен существовать дальше и без формальной коалиции. Однако риск кроется не в формально-юридической, и не в практической плоскостях, а скорей в политико-этической. Ведь отсутствие формального большинства позволит заинтересованным в досрочных выборах политсилам ставить под сомнение легитимность Верховной Рады, пусть не юридически, а этически, и обвинять власть в узурпации (раз большинства формально нет, то и решения не могут быть легитимными), политической коррупции (недостающих депутатов просто покупают для голосований) и зраде (власть устроила неформальную “ширку” и сотрудничает с бывшими регионалами).

Как видим, возможности для спекуляций открываются достаточно широкие, и требования досрочных выборов будут выглядеть для недовольного любой властью обывателя вполне обоснованными. Силы всем этим аргументам может придать выход из коалиции еще нескольких народных избранников, и оппозиционеры вполне способны нескольких депутатов на такое решение мотивировать.

Так что 7 февраля одновременно со стартом шестой сессии Юлия Тимошенко, Оппоблок, “Самопомоіч” и другие желающие досрочных выборов вполне могут начать кампанию по делегитимизации Верховной Рады и провоцированию досрочных выборов. Собственно, на это не так давно намекнул и один из лидеров “Батьківщини” Сергей Соболев, спрогнозировав, что следующая сессия “будет последней перед большими выборами”.

Если ситуацию удастся раскачать на протяжении месяца, то досрочные выборы на конец мая — начало июня выглядят не особенно фантастически.

Так что пускать ситуацию на самотек, полагаясь, что парламент и без коалиции проживет, власти совсем не с руки, и недостачу в коалициантах для власти было бы неплохо восполнить в кратчайшие сроки.

Способов для пополнения коалиции также хватает. Во-первых, можно принять в одну из коалиционных фракций еще нескольких внефракционных — из 48 человек вполне можно найти достаточно кандидатов, с которыми можно договориться. Во-вторых, нельзя исключать возвращения в коалицию кого-то из “мелкочленов”. Тут в первую очередь приходит на ум партия Олега Ляшко, учитывая заметное потепление отношений этой фракции с властью в последнее время на фоне откровенной войны с Тимошенко.

Автор материала: Тарас Клочко

По материалам: Dsnews.ua

Материалы по теме: