Порошенко поставил Турчинова над Гройсманом

Интересы премьер-министра принесены в жертву ради выживания нынешней власти в целом Если посмотреть, кто получил наибольший политический выигрыш от трехмесячной «блокады торговли с оккупантами», то, как ни странно, это...

Интересы премьер-министра принесены в жертву ради выживания нынешней власти в целом

Если посмотреть, кто получил наибольший политический выигрыш от трехмесячной «блокады торговли с оккупантами», то, как ни странно, это в первую очередь секретарь СНБО Александр Турчинов и весь «Народный фронт».

Понятно, что совсем не на это рассчитывали те партии, которые в январе-феврале образовали нечто вроде коалиции в поддержку блокады: «Самопомощь» Андрея Садового, «Укроп» Игоря Коломойского, «Рух новых сил» Михеила Саакашвили, «Батькивщина» Юлии Тимошенко и ряд политических сил помельче. Они ожидали, что ситуация вокруг блокады накалится, как минимум, до той степени, когда единственным выходом станут внеочередные парламентские выборы. Именно эта общая цель заставила заключить тактическое перемирие даже таких закоренелых антагонистов, как Коломойский и Саакашвили.

А в случае развития событий по более кровопролитному и потому революционному сценарию можно было ждать и досрочных выборов президента. Именно этот расчет побудил Тимошенко, поначалу равнодушно относившуюся к блок-постам и редутам возле линии фронта, выступить в их защиту, когда сторонники блокады начали организовывать массовые акции в Киеве.

Ошибка всех этих партий заключалась в том, что они рассматривали нынешнюю власть как некую единую и притом тупую силу, которая будет бездумно исполнять роль, предписанную ей чужим сценарием. Но эта сила оказалась достаточно сообразительной, чтобы начать собственную игру, и достаточно неоднородной, чтобы найти в своих рядах необходимых игроков – включая и жертву, чьи интересы можно ущемить ради общего выживания.

Позиция Турчинова

С самого начала блокады в правящей команде был разнобой мнений насчет того, какие действия должна предпринять власть. Секретарь СНБО Александр Турчинов еще в середине декабря выступил за полное прекращение экономических связей с оккупированными территориями.

«Если решать радикально, то есть только один механизм. И я сторонник этого варианта – запретить любые перемещения товаров и грузов», – заявил Турчинов в одном из интервью. Он сослался на опыт Хорватии, которая в начале 1990-х имела похожую проблему в виде сепаратистской Сербской Краины. «Чтобы решить проблему, хорватское руководство прекратило любое перемещение товаров через линию разграничения, прекратило все выплаты тем, кто находится на подконтрольной сепаратистам территории. Такая жесткая экономическая блокада заставила достаточно быстро создать условия для деоккупации этих территорий. Соответственно, если мы хотим ускорить процесс освобождения своих территорий – нужно выбирать радикальный вариант». Турчинов признал, что против такого варианта выступают западные партнеры, также, как и многие в Украине. Несмотря на это, он подчеркнул: «Лично моя позиция: идет война и все должны работать на победу. Полная изоляция оккупированной территории значительно приблизит сроки ее освобождения. Иначе этот вялотекущий процесс только растягивает во времени страдания и беды находящихся там людей».

Однако Турчинов был именно за государственную блокаду экономических связей с оккупированными территориями. И как только началась блокада «самодеятельная», он тут же заявил:

«Те, кто сам себе поставил задачу и побежал ее реализовывать, – они будут дестабилизировать ситуацию. Будет принято решение блокировать – значит, будут блокировать. Не будет такого решения верхового главнокомандующего – значит, этого делать никто не будет. Тем, кто попытается сам делать какие-то там импровизированные блокпосты в зоне проведения антитеррористической операции – этого не будет, я сразу могу вам сказать».

Впрочем, эти его слова не оправдались. «Самодеятельная» блокада не только началась, но и постепенно распространилась вдоль всей линии фронта.

Позиция Гройсмана

Принципиально иную позицию занимал премьер Владимир Гройсман. Именно его имел в виду Турчинов, когда описывал аргументы противников государственной блокады: «Там же есть предприятия, которые платят налоги в наш бюджет и на экспорт отправляют продукцию, а валюта поступает в украинские банки, там живут наши граждане, им надо работать, получать пенсии, продукты питания и так далее».

Компромиссом между этими двумя позициями стало решение СНБО, принятое 16 февраля и в тот же день введенное в действие президентским указом. Это решение, в частности, обязало Кабинет министров безотлагательно утвердить порядок перемещения товаров в район или из района проведения АТО и перечень товаров, запрещенных для перемещения.

Гройсман надеялся, что этот документ (порядок перемещения товаров) может стать основой для переговоров и достижения взаимопонимания со штабом блокады. Такие переговоры действительно начались, и утром 21 февраля лидер фракции «Самопомощь» Олег Березюк объявил на заседании парламента, что это стало «началом пути к взаимопониманию».

Впрочем, надежды Гройсмана тоже не оправдались. 27 февраля штаб блокады выступил с заявлением о том, что он «прекращает любые переговоры с премьер-министром Украины», «не свернет блокаду ни при каких обстоятельствах, до полного выполнения наших требований (освобождение пленных и запрет торговли с оккупантами со стороны государства), и готов к противодействию любым попыткам силового разгона со стороны предателей Украины». 28 февраля штаб блокады вновь сообщил, что он «прекращает любые переговоры с премьер-министром Украины Гройсманом и не будет идти ни на какие уступки. В условиях предательской политики украинских властей любые договоренности невозможны».

Смена стратегий

Провал стратегии, предложенной Гройсманом, совпал во времени со сменой стратегии Кремля в отношении ОРДЛО. Украинская власть оказалась перед необходимостью искать адекватный ответ. Еще утром 28 февраля об этом заявил в телеэфире нардеп от «Народного фронта» Вадим Кривенко.

«Все. Вопрос реинтеграции, вопрос «Минска» закончился. На сегодняшний день Путин четко пошел планом замораживания этого конфликта вроде Абхазии, Приднестровья, Южной Осетии и т.п. Для этого ему надо, чтобы эти фейковые псевдореспублики обрели максимальную легитимность. Отсюда – признание «паспортов», отсюда – переход на рубль с 1 марта, как они анонсировали, отсюда же – захват украинского имущества и предприятий», – отметил депутат и подчеркнул, что украинская власть теперь должна выстраивать собственный контрплан с учетом нового плана Кремля.

Кривенко выражал не только свое личное мнение, но и позицию руководства «НФ». У него уже был готов контрплан – в виде государственной блокады, предложенной Турчиновым. Вскоре этот план получил существенные дополнения. 10 марта министр внутренних дел Арсен Аваков на заседании Кабмина выдвинул инициативу о введении санкций в отношении российского «Сбербанка». 13 марта глава парламентской фракции «НФ» Максим Бурбак выступил с требованием нейтрализации влияния российского капитала на критические сектора экономики, в том числе на энергетику и финансовый рынок, и введения жестких санкций против «Сбербанка».

«Санкции и еще раз санкции против агрессора! Верховная Рада должна выполнять свою часть работы в этом направлении», – подчеркнул Бурбак, отметив необходимость рассмотреть зарегистрированные в парламенте законопроекты депутатов «НФ» о введении визового режима с Россией и о расширении санкций.

Тем не менее, по инерции официально продолжало реализовываться «компромиссное» решение СНБО, принятое 16 февраля. В соответствии с этим решением 1 марта Кабмин утвердил порядок перемещения товаров в район или из района проведения АТО, хотя этот документ лишался смысла из-за «национализации» активов украинских компаний в ОРДЛО. Гройсман надеялся, что еще не все пропало и «национализация» будет отменена или по крайней мере отложена.

Однако 14 марта Петр Порошенко решил, что нужно менять официальную стратегию действий. Его пресс-секретарь Святослав Цеголко объявил позицию президента: «После захвата этих предприятий мы не можем иметь никаких торговых отношений с этими «конфискованными» предприятиями». Утром 15 марта Порошенко созвал СНБО, на котором были реализованы предложения Турчинова. И объявить народу о принятых на СНБО решениях было поручено именно Турчинову.

Наступление «Народного фронта»

Решения СНБО вызвали воодушевление в «Народном фронте». Он сейчас за экономику несет минимальную ответственность, зато роль Турчинова, да и Авакова теперь возросла. Инициатива государственной блокады исходила от Турчинова и была совершенно неожиданной для Гройсмана. Постановление правительства о порядке провоза грузов через линию соприкосновения теперь де-факто выброшено в корзину, хотя де-юре оно продолжает действовать. За экономические последствия прекращения грузооборота с ОРДЛО придется отвечать правительству, а все пиар-лавры за государственную блокаду достанутся Турчинову и Порошенко.

Однако «НФ» не собирается останавливаться на достигнутом. 20 марта Бурбак от имени своей фракции выдвинул требования к Порошенко. «Президент Украины должен внести в Верховную Раду стратегию освобождения и возвращения в Украину Крыма и оккупированного Донбасса», – заявил Бурбак. При этом он подчеркнул, что «НФ» сейчас работает над созданием собственного законопроекта о восстановлении территориальной целостности и в ближайшее время представит этот проект. О том же Бурбак сообщил с парламентской трибуны 21 марта.

Фактически «НФ» сейчас старается развить политическое наступление, чтобы создать себе имидж инициатора не только государственной блокады связей с ОРДЛО, но и вообще новой государственной стратегии восстановления территориальной целостности Украины. При этом, как подчеркивает Бурбак, «НФ» настаивает на дальнейшем усилении обороноспособности, на обеспечении армии новой и отремонтированной техникой, а также новейшими военными разработками.

В то же время «НФ» поучает правительство Гройсмана, как нужно действовать, и приводит в пример правительство Арсения Яценюка. Так, нардеп от «НФ» Сергей Высоцкий, комментируя решения СНБО, принятые 15 марта, заявил, что для диверсификации поставок угля необходимо возобновить программу правительства Яценюка по закупке угля в ЮАР. «Для этого нужно модернизировать некоторые украинские порты, для этого надо подписать контракты, а не толкаться вокруг предприятий так называемых ДНР и ЛНР и не бегать в Россию, если у нас возникают проблемы с углем, – указал представитель «НФ». – Это на следующий сезон будет домашним заданием для Кабинета министров».

Не исключено, что через месяц БПП и «НФ» попробуют сменить Гройсмана на Турчинова на посту премьера. Впрочем, «НФ» может и отказаться от этих намерений. Еще не известно, что ему выгоднее: брать на себя ответственность за Кабмин или же и дальше раздавать ценные указания правительству Гройсмана с парламентской трибуны.

По материалам: Comments.ua

Материалы по теме: