Минкульт: шаги по канату

В политическом театре, которым уже давно стала наша жизнь, не привыкать к неожиданным мизансценам и сногсшибательным фабулам. Не удивляет и возвращение на авансцену некоторых предыдущих общественно-политических героев. Собственно, второй...

В политическом театре, которым уже давно стала наша жизнь, не привыкать к неожиданным мизансценам и сногсшибательным фабулам. Не удивляет и возвращение на авансцену некоторых предыдущих общественно-политических героев. Собственно, второй заход Евгения Нищука в “культовое” здание на ул. И.Франко — в статусе министра культуры Украины — взволновал немногих.

Поскольку одни этого возвращения — ждали, другие — его прогнозировали. 

Предыдущий срок его культминистерской деятельности (с 27 февраля по 2 декабря 2014 г.) был периодом важных заявлений, молодой энергетики и открытости культсоциума (часть этого социума из-за такой открытости иногда готова была лезть министру почти на голову). 

Его нынешний очередной министерский разгон, стартовавший на прошлой неделе, на мой взгляд, более напряженный. Будет больше внимания к каждому заявлению и даже к каждому движению левой рукой. Ведь культурная территория за последнее время стала еще более нашпигованной конфликтными минами, политическими снарядами, а казна Минкульта (к тому же) полупустая. 

Следовательно, на такой территории министру культуры, очевидно, придется частенько вспоминать одного из своих сценических героев — Фигаро из пьесы Бомарше. Чтобы умело балансировать — словно на канате — между своими и “чужими”, между добрым сердцем и государственной службой. Оставляя в дураках тех, кто дураком в действительности и является, чтобы в конце концов выиграть и всех “поженить”. 

Евгений Николаевич, тема разговора будет откровенно заданной — самые важные шаги Минкульта, который вы недавно возглавили, в продвижении реформ, в развитии современной культурной среды. Итак, первые шаги — хотя бы на второе полугодие 2016-го? 

Думаю, важно максимально реализовать за этот период стратегические и законодательные инициативы. В сотрудничестве с парламентским комитетом по вопросам культуры и духовности. Среди таких инициатив, например, вывод из-под юрисдикции Госкомтелерадио проекта “Українська книга”. То есть возвращение его в Минкульт. И не для того, чтобы “командовать”, а для того, чтобы создать Украинский институт книги. Исключительно специалисты в рамках нового института должны определять, какие книги следует в первую очередь издавать; какие из них должны распространяться в библиотеках или за рубежом. 

В таком же направлении законотворчества — идея, которую обсуждаем с депутатом Ириной Подоляк. Это попытки избавиться от лишних и давно ненужных запретов-преград, усложняющих процесс перемещения культурных ценностей. Сразу же хочу успокоить музейную среду: никто ничем не планирует “торговать”! Но надо дать возможность музеям эффективно, без лишних препятствий, продвигать свои произведения, свои шедевры на новые выставки — как на территории Украины, так и в других странах. Конечно, соблюдая действующее законодательство. Но, подчеркиваю, избегая лишних, иногда надуманных преград. 

Еще один сверхважный шаг, который является для меня приоритетным, — это активизация сотрудничества с европейскими программами, европейскими учреждениями. Именно европейские культурные институты в последнее время предлагают много ценных для нас инициатив. Значит, надо возобновить контакты. Важно использовать их опыт. Так же важно сотрудничество в рамках актуальных совместных культурных проектов.  Можете как угодно рассматривать мой следующий шаг и мою инициативу, но очень хочу повернуться лицом к сельским домам культуры, к библиотекам… 

В ту сторону давно уже никто не смотрит. О них почти все забыли. Очевидно, ждут, когда совсем развалятся…

Так вот, моя идея заключается в том, чтобы люди, претендующие на аренду земли в селах, или на фермерство, или на развитие своих предприятий, заодно брали шефство над местными домами культуры, библиотеками. А если таких культучреждений там нет, то пусть их создают либо же превращают ангары в современные культурные помещения, в культурные территории. 

Этот и другие шаги — важны. Но, как я понимаю, казна Минкульта не наполнена доверху? Следовательно, где искать источники финансирования этих и последующих шагов в культуре? 

Впереди — финансовая ревизия в Минкульте. Со временем будет полный отчет. Но, насколько мне известно, казна действительно почти пустая. Есть информация, что бюджет Минкульта чуть ли не наполовину переброшен на “капиталку”, т.е. на капитальные ремонты в различных учреждениях культуры. И до конца года, очевидно, ситуация будет крайне напряженной.  С меценатами в этом плане — также сложно. Поскольку нет закона о меценатстве. Поэтому еще один шаг — возвращение к законодательной истории о меценатстве в Украине.  С другой стороны, еще раз подчеркиваю, есть надежда на активизацию в ближайшее время работы с европейскими учреждениями, с программой “Креативная Европа”.

И это даст возможность получить гранты на новые проекты, на новые идеи.  Важно также приобщиться к реализации идей, которые недавно предложили культурному сообществу и Николай Княжицкий, и Наталья Заболотная, и другие. Речь идет о т.н. Фонде культуры. О различных источниках его наполнения. В том числе из акцизов, лотерей. Видение такого фонда у различных креативных сторон — разное. Но я убежден: найдем именно ту формулу, которая устроит всех. 

В будущем такой фонд и аккумулировал бы средства, необходимые украинской культуре. Это должен быть абсолютно прозрачный “аквариум”. То есть все абсолютно открыто, честно, никаких двойных ходов и стандартов. 

Не будет ли дублировать такая идея “культурного фонда”, собственно, идею, связанную с Фондом кино, который, со своей стороны, лоббируют Госкино и ряд популярных олигархов?

О дублировании не может быть и речи. Должен быть единый Фонд культуры, который будет предусматривать подразделения — киноотрасль, современное искусство, театр.

В случае юридического оформления именно такого фонда, а также согласования его Кабмином и парламентом, не останется ли Минкульт последним из тех, кто на него будет влиять и получать от него средства?

Надеюсь, что процедура деятельности такого фонда, его формула будет подробно прописана. Кстати, еще в ноябре я общался на эту тему и с Владимиром Гройсманом, и с Арсением Яценюком, и они поддержали эту идею.  Думаю, ее можно оформить уже до нового бюджетного года. И все юридические нюансы разработать, в частности и по вопросам отчетности.  Убежден, что взаимодействие Минкульта с таким потенциально важным фондом должно быть адекватным. И нам удастся реализовать ряд прекрасных культурных инициатив, которые предлагает, в том числе, и негосударственный сектор культуры. 

Продолжая тему важных шагов на второе полугодие 2016-го (собственно, это мотив нашего разговора), не могу не спросить о ходе театральной реформы в Украине. О дискуссиях вокруг нее. Очевидно, вы читали то, что написали реформаторы. И, возможно, у вас есть по этому поводу собственное мнение? 

С написанным я ознакомился. И считаю, что театральная реформа крайне важна и давно назрела. Как человек театра, я отлично понимаю, что все это активно и бурно обсуждается. В частности и с нотами протеста. Предполагаю, что какие-то протесты упадут и на мою голову, уже как министра. 

Следовательно, в некоторых вопросах театральной реформы я должен быть не только “прокурором”, но и “адвокатом”. Учитывая социальные аспекты театральных изменений.  Как вы понимаете, речь идет о трудовом законодательстве, о защите людей театра со стороны профсоюзов. Есть закон. Но есть также и судьба человека. И такой человек имеет право быть защищенным от социальных неурядиц, когда начнет работать “маховик реформы”. 

Так что по этому поводу есть много тем для диалога с Минсоцполитики, другими министерствами.  Мне, например, говорят: “Евгений, есть же требование МВФ — подвести возраст артистов балета и цирка к общегосударственному пенсионному возрасту…”. А вы только представьте, как славно будут танцевать балерины в 60 лет (согласно таким “требованиям”), например, “Лебединое озеро”! И как в цирке канатоходец в свои 55 лет будет маневрировать над манежем… Что хочу сказать? Не следует превращать серьезные реформы в театре в капустник. Поэтому обо всех деталях и нюансах дальнейших реформ обязательно поговорим уже в ближайшее время. 

Обычно министр культуры Украины — это уже историческая традиция — должен быть в очень тесном контакте с Министром финансов Украины. Поскольку всегда “нет денег”. Можете ли похвалиться сугубо деловыми и человеческими контактами с новым министром финансов?

Действительно, такой диалог важен. У меня были очень хорошие отношения с предыдущим министром финансов — Александром Шлапаком. С нынешним министром Александром Данилюком  я тоже в хороших отношениях, поскольку знаю его давно, знаю его эффективную работу, связанную с МВФ, с другими структурами. Так что у нас есть взаимодействие. 

И, возможно, именно с ним буду советоваться по поводу коррекции в финансовом отделе нашего министерства — для еще более тесной коммуникации. 

Сложилась еще одна традиция: провоцировать того или иного министра культуры вопросом о значении и нужности самого такого министерства. Вы, очевидно, тоже постоянно слышите такие возгласы: “Нам не нужно никакое Министерство культуры!”.

В этом плане хочу заявить: реформа Министерства культуры будет. И уже в ближайшее время. Не хочу критиковать какие-то предыдущие истории, в разные времена были и хорошие дела, но все часто сводилось лишь к техническому перераспределению министерством средств между национальными учреждениями культуры. Такая “технология” привела к определенной стагнации. 

Поэтому сейчас формирую стратегию реформирования Министерства культуры — как аппарата, как органа исполнительной власти. 

Конечно, даже реформированное министерство никогда не сможет отказаться от важной функции сохранения и защиты национальных достояний. И, в частности, в Канаде, как вы знаете, есть департамент исторического наследия. Параллельно будет создан новый департамент — по развитию культурных индустрий, инновационных процессов и стратегических исследований. Это предполагает эффективный менеджмент в культуре. Именно сейчас проходят  консультации, чтобы ускорить этот процесс. Как известно, есть ряд общественных организаций, предлагающих не просто слова, а конкретные документы и серьезные наработки в этом направлении. Следовательно, с ними продолжаются консультации. 

Вы заметили, что одна из традиционных функций Минкульта — перераспределение средств между национальными коллективами. Собственно, не многовато ли их, национальных? И не пришло ли время провести некую “ревизию”, определив адекватность этого статуса относительно того или иного коллектива? 

Некоторые национальные коллективы боятся, что я их ликвидирую. Но я против “ликвидации”. Я за то, чтобы обновился менеджмент того или иного национального учреждения культуры. Важен ребрендинг.  Вот вам пример: выступает современный национальный грузинский ансамбль Сухишвили, и на их концерты во Дворце искусств “Украина” невозможно приобрести билеты. В то же время грузинские артисты в восторге от наших исполнителей из ансамбля Павла Вирского, которые для них — просто боги…

Поэтому, на мой взгляд, необходимо что-то делать, чтобы и ансамбль Вирского, и хор Веревки, и другие национальные коллективы звучали громче на просторах Украины именно сегодня. Во время, когда они нам необычайно нужны.  Вероятно (я не настаиваю), таким коллективам надо немного обновлять свою художественную стилистику, следует чаще ездить в фольклорные экспедиции, т.е. в места, где еще сохранилась живая народная музыка, аутентичная песня. Возможно, интересно не только творчески существовать в формате сурового советского “академизма”, а чаще прислушиваться к голосу жизни, к голосу аутентики. 

В условиях нынешнего финансового затруднения, как вы считаете, национальных учреждений культуры может становиться больше? 

Это сложный вопрос. С одной стороны, было бы неплохо поддержать действительно талантливые театральные или музыкальные коллективы, которые сегодня являются лидерами. Ведь статус национального — это заметный финансовый бонус. Впрочем, вы понимаете, что происходит во времена кризиса… 

На мой взгляд, необходимо серьезно рассмотреть, а затем, возможно, даже реализовать идею статуса “национальный” относительно интересного и чрезвычайно современного явления, каковым является сегодня современная украинская хореография, наш современный танец. В репертуаре Национальной оперы не всегда находится место для такого эксперимента. Но на культурной карте Украины есть, например, замечательный опыт Раду Поклитару, Дениса Матвиенко. И они ждут поддержки.

Их проекты собирают переполненные залы. Значит, в таком направлении следует искать механизмы поддержки современных культурных инициатив, вероятно даже в статусе “национальный”.  Впрочем, не всегда необходимо лоббировать определенный статус. Намного важнее сегодня в столице или в других городах реализовать идею “свободной сцены”. Скажем, по французской модели. Это должна быть открытая сцена.

Не просто ангажемент, а территория, предусматривающая прокат, разумеется, не бульварных, а интересных современных сценических актуальных проектов.  Если бы удалось уладить все юридические нюансы, а также найти меценатов, то такой территорией могла бы стать Малая опера на Лукьяновке (в столице). Там около 300 мест, замечательное пространство. Да и вообще давно назрела идея нового современного театрального зала — в столице. 

Как продолжение этой темы еще одна острая проблема, которую нельзя обойти, — “черные” и “белые” списки иностранных артистов, а также “квоты” в эфире, перессорившие многих украинских музыкантов. 

На самом деле я против составления “черных” и “белых” списков и пиара на них. Однозначно. Я за то, чтобы совместно с соответствующими органами наработать правильный подход относительно людей, которые вредят Украине, которые являются пропагандистами, которые посягают на нашу независимость. Должна существовать жесткая защита информационного, медийного, творческого пространства от таких иностранных артистов. Но это не должно переходить в публичную демонстративность, в составление каких-то  “списков” из десятков различных людей. Это должна быть американская модель, четко определяющая “кто” может, а “кто” не может пересекать границу страны — и по какой причине. Именно потому, что такие отдельные люди (а не “списки”) являются персонами нон грата. То есть должен быть четкий, жесткий и адекватный — индивидуальный — подход к каждому отдельно. Из числа тех, кто действительно угрожает нашему суверенитету, кто посягает на него. Должно быть меньше “пиара” вокруг таких списков, а больше серьезной работы. 

По поводу квот. Я среди тех, кто первым озвучивал на украинском языке на “1+1” самые популярные фильмы. То есть из тех, кто доказывал, что качественный украинский дубляж привлекает внимание к искусству и русскоязычное население, и представителей других народов, населяющих нашу страну. Продолжительное время в Украине именно политики разыгрывали языковой вопрос — как карту, как провокативный козырь для своего электората. И таким образом постоянно спекулировали…

Поэтому я как руководитель Министерства культуры вижу свою миссию в том, чтобы популяризировать государственный язык, утверждать его и вместе с тем объединять общество, избегать откровенно манипулятивных, провокативных конфликтов, к которым, к сожалению, прибегают отдельные политические игроки… Вопрос языковых квот в эфире надо решать обязательно: последовательно, эволюционно, без демонстративного шума, при помощи сотрудничества между медиавладельцами и органами власти. Убежден, что поступательный адекватный путь, а не пиар-провокации, будет более эффективным и полезным. И станет путем, который объединит наше общество — в любви и уважении к родному украинскому языку. 

Евгений Николаевич, до вашего нынешнего прихода на должность министра было определено множество важных культурных проектов, которые должен был бы поддержать Минкульт уже во втором квартале. Какова судьба этих проектов, среди которых фестивали, форумы, другие мероприятия?

Я не приверженец перечеркивать все хорошее и полезное, что было до меня. Если проведена интересная работа, есть важные наработки, то почему я должен это аннулировать? Уверен, что когда изучу все отобранные проекты, лучшие из них, несомненно, будут поддержаны. 

Среди первоочередных шагов, о которых мы говорили в начале нашей беседы, сверхважный — это обновление команды. Собственно, формирование своей команды. Кто в нее войдет, кто останется из предшественников? 

На должность в аппарат Минкульта возвращается Тамара Мазур — опытный юрист, она работала в Кабмине советником. Должность заместителя по вопросам Европейской интеграции снова займет Светлана Фоменко — специалист высокого уровня в сфере международных отношений. Я был намерен вернуть в Минкульт Олесю Островскую, предлагал ей должность, мы встречались. Но у Олеси есть свои обстоятельства, не позволяющие ей сегодня прийти в Министерство, поэтому она будет работать в статусе официального советника.  Было желание, чтобы в статусе заместителей работали современные эффективные театральные менеджеры, такие, например, как Ростислав Держипильский из Ивано-Франковска или Богдан Струтинский из Театра оперетты. Но понимаю, что они сейчас делают важные вещи, развивая на своих местах украинское культурное пространство. 

Есть ряд специалистов, фамилии которых обсуждаются в качестве кандидатур на должности нового состава Минкульта. Среди них Анна Бубнова, Алиса Ложкина, Антон Дробович и др. 

На это время в вашем действующем театральном репертуаре — спектакли сразу в трех ведущих киевских театрах. Пострадают ли репертуары этих театров от вашей нынешней государственной работы? 

Думаю, афиши в разных театрах будут формироваться таким образом, чтобы я играл в спектаклях в то время, которое не будет “украдено” у Минкульта… То есть все это не помешает деятельности государственного служащего, например, если спектакли будут идти в субботу или в воскресенье вечером. Сейчас началась работа над новым спектаклем “Три товарища” по  роману Ремарка (Национальный театр им. Ивана Франко), где мне предложили роль Роберта Локампа. В этой роли я не сам. Следовательно, репетиции (в определенное время) также не помешают моей работе в министерстве.

Невозможно обойти тему ваших взаимоотношений с Вячеславом Кириленко, с одной стороны — вашим предшественником, а с другой — нынешним вице-премьером по гуманитарным вопросам. 

Отношения рабочие, деловые. Возможно, вы слышали выступление премьер-министра Владимира Гройсмана, который сказал, что лично станет куратором Министерства культуры и будет активно поддерживать культурную сферу как одно из важных стратегических направлений. Также речь шла о том, что наше министерство будет в тесной взаимосвязи с Минсоцполитики, с вице-премьером по европейской и евроатлантической интеграции Иванной Климпуш-Цинцандзе. Так что кураторов много. И слава Богу, что все переживают за украинскую культуру.

По материалам: Zn.ua

Материалы по теме: