Лупайте сю скалу. Расследователь Денис Бигус – о том, кто в стране ворует и как покончить с этим

Как раскручиваются коррупционные схемы и насколько изобретательны госслужащие, придумывающие их, рассказывает отправивший в отставку не одного чиновника журналист Денис Бигус – один из самых известных в Украине на сегодня...

Как раскручиваются коррупционные схемы и насколько изобретательны госслужащие, придумывающие их, рассказывает отправивший в отставку не одного чиновника журналист

Денис Бигус – один из самых известных в Украине на сегодня журналистов-расследователей. Только за последние несколько месяцев после обнародованных его программой Наші гроші фактов кресел в высоких кабинетах лишились как минимум трое чиновников – заместитель генерального прокурора и начальники железной дороги и столичной ГАИ.

Кроме того Бигус – “отец” еще нескольких антикоррупционных проектов, включая так называемую “Канцелярскую сотню”, после бегства молодого олигарха Сергея Курченко взявшуюся восстановить уничтоженные им в спешке документы. Изорванные и изрезанные бумаги журналисты обнаружили в мусорном баке у офиса бежавшего из Украины бизнесмена.

О коррупционерах, схемах и разоблачениях Бигус рассказал НВ в первом интервью в рамках серии Антикоррупционеры – диалоги с людьми, чьи усилия направлены на борьбу с коррупцией.

Герой: Денис Бигус

Проект: телепередача Наші гроші на телеканале ZIK

Характер: любит говорить гадости про людей; любит, когда людей снимают с должностей; принципиален в своих предпочтениях

Работа: скучная, кропотливая, бумажная

Денис Бигус: Говорить о людях хорошие, качественные, доказанные гадости и получать за это зарплату – это же работа мечты! Фото: Денис Бигус / facebook
Борьба с коррупцией – это сериал длиною в жизнь. Так считает журналист-расследователь Денис Бигус. Одного из самых известных “антикоррупционеров” мы обнаруживаем в “антикафе” Часопис недалеко от станции метро Льва Толстого в Киеве.

Денис, передача Наші гроші только подчеркивает, что в стране повсюду сплошные коррупционеры. Вышел уже 79-й выпуск передачи! Не вселяет ли это чувство какой-то безысходности?

Да. Все воруют. Что я могу на это ответить… Лупайте сю скалу! (смеется)

Те, кто моложе из журналистов – те действительно страдают на предмет отсутствия глобальной справедливости. Те, кто постарше, Шалайский [Алексей Шалайский, главный редактор проекта Наші гроші] например, они живут очень правильным подходом: “Мы работаем для вечности”.

Я все это понимаю, но иногда происходящее бесит даже меня. Хотя я уже научился не подавать виду.

Мне часто заявляют: “Вы снимаете – ничего не меняется!?”. Я могу ответить только: “Подключайтесь!”.

Моя работа? Бухгалтер бы плакал. Пыль. Тлен. Министерство безысходности

Я – журналист. Моя задача – найти, систематизировать, изложить внятно и подать информацию максимально большому количеству зрителей. Что умею, я делаю. Support’ить этот процесс еще года два в судах – это не журналистская работа.

По большому счету, на каждую хорошую программу нам нужно две общественных организации, которые будут писать заявления в прокуратуру, ходить в суды, тянуть на себе юридическую, организационную составляющую.

Хотя сейчас стало лучше. Мои программы ничего не дают, говорите? Это вы [экс-замглавы МВД] Чеботарю расскажите! И [экс-начальнику столичной ГАИ] Ершову, и [экс-начальнику ЮЗЖД] Кривопишину! (Бигус злорадно смеется, поскольку все эти чиновники более не занимают свои должности, к чему его расследования имеют самое прямое отношение).

Самый большой сбитый летчик у нас – это Кривопишин, Юго-Западная железная дорога. Мы по нему снимали три сюжета: весной, летом, и еще раз весной. Мы убрали не особо хорошего человека – и это хорошо.

Сейчас журналистские расследования – уже не такое рискованное дело, как раньше? Почему? Почему вам больше не угрожают?

Знаете, я отказываюсь понимать эти инородные формы жизни с небелковой логикой. Наши “пациенты” – они же кремнийорганические какие-то. Их понять невозможно. Что они делают? Зачем?

В чем заключается ваша работа?

Бухгалтер бы плакал. Сидишь, что-нибудь считаешь, ищешь в реестрах. Пыль. Тлен. Министерство безысходности!

Как мне надоел этот е***й Excel. Вот сейчас мы договорим, и я начну делать анализ 80 пдф’ок. Их надо разобрать на структурки и потом собрать обратно.

Сейчас моих собственных расследований практически нет. Расследуют журналисты – три девочки. Я же скорее координирую их работу, помогаю что-то выяснять, подкидываю им что-нибудь стоящее. Что-то среднее между секретаршей, менеджером, переговорщиком и редактором.

Вам нравится эта работа?

Мне нравится говорить о людях гадости. Говорить хорошие, качественные, доказанные гадости и получать за это зарплату – это же работа мечты! Здесь можно реализовать всякие пагубные склонности и одновременно делать что-то неплохое (смеется).

Сколько всего вы провели расследований?

Сотни полторы. Из них мне, пожалуй, нравится первое, которое я сделал сам от начала и до конца, хорошее по качеству, по проделанной работе – про Укртрансгаз. Хотя это скучное расследование о выводе денег через тендеры.

Когда вы начали заниматься расследованиями?

Начиналось, пожалуй, все с ТВі и довольно случайно. Это 2010-2011 годы. Я работал там журналистом. Сначала это была передача “Знак оклику”, потом Tender News.

Потом из-за глупости, жадности, мелкости и, в конечном итоге, недальновидности людей этот хороший канал загубили. Неустановленная следствием личность, впоследствии оказавшаяся Жванией, при помощи менеджмента канала, очень тупо подделали доверенность и отжали канал силой. Я потерял комфортное место работы. Было обидно.

После этого началась работа над проектом Наші гроші?

Алексей Шалайский, основатель сайта Наші гроші, и Дмитрий Добродомов, гендиректор телеканала ZIK, решили сделать телевизионную программу. Сайт Наші гроші – это сухая исходная информация. Стало интересно ее развить в полные истории и показать их людям.

Что нужно для удачного расследования?

Найти точку, с которой можно начать. Это – документ, должность, схема, новость, судебное решение, акт на землю. Потом ее долго изучаешь, находишь взаимосвязи и понимаешь приблизительно картину.

В случае Даниленко нам хватило случайной фразы: “Назначено восемь новых заместителей генпрокурора” [экс-замгенпрокурора Анатолий Даниленко при Виталие Яреме был уволен из ГПУ после скандального расследования журналистов проекта Наші гроші, согласно которому семья заглавы ГПУ завладела 140 га земли в Киевской области]

Окей! Будем проверять! По Даниленко все сразу на поверхности лежало. Судебное решение по озерам полностью это подтвердило.

Это правда, что в большинстве своем коррупционные схемы банальны и незамысловаты?

К реально сложным схемам нужен талант, а талантливых коррупционеров у нас мало. 98% – это уровень схем по продаже орехов. Всем запретить вывозить орехи, а вот этим трем фирмам разрешить и “стричь бабло”. На всех таможнях орехи не принимать, а принимать только на херсонской таможне и “стричь бабло”. Разрешить двум мудакам запатентовать картонные коробки и “стричь бабло”.

Канцелярская сотня – это также один из ваших успешных проектов?

Начиналось все с мешков с порезанной бумаги – документов из офиса [Сергея] Курченко. За 2,5 месяца мы разобрали, рассортировали полторы тысячи страниц документов – все, что было порвано руками. Комната 200 кв. м была заполнена кусочками бумаги, они были на столах, полу, пришпилены на стены. Сейчас эти документы уже можно читать.

Свою помощь предложил друг – Дима Чаплинский. Он с волонтерами начал создавать распределительную платформу. Фактически эта программа стала системой для распределения на маленькие порции огромного объема общей работы.

Человек может понять пометки карандашом или заметить различия в языке, слоге. В тоже время есть детали, которые проверить может только компьютер. Например, угол наклона буквы к краю оторванного кусочка. В этом тоже очень помогала Димина программа.

Правда, из того, что было разрезано шредером, мы ничего пока не распознали.

Потом все это переросло в проект Декларации?

У нас работы было еще на месяцы или годы, а декларации чиновников стали гораздо актуальней. Сам код программы Димы Чаплинского писался изначально для распознавания разрезанных документов, но да – мы его адаптировали под сайт для распознавания тысяч деклараций.

Они заполнены от руки и лежат мертвым грузом. Их невозможно анализировать и сопоставлять. Сейчас уже законодательно утверждено, что с 2016 года чиновники будут предоставлять декларации в электронном формате. Но этот закон не будет работать в обратном порядке. Оцифровывать материалы, накопленные с 2010 года, необходимо вручную.

Сколько уже обработано деклараций?

Волонтерами обработано тысяч семь деклараций. Редакторами меньше.

Над одной декларацией работают сразу три человека. Это сделано для того, чтобы избежать ошибок. После этого вся информация вносится в базу Excel и проверяется редактором. Сейчас мы заканчиваем программу, которая облегчит нашу работу.

Помочь нам элементарно – просто зайдите на сайт и помогите обработать хоть какое-то количество деклараций.

Последний ваш проект – это Гарна Хата. Что это?

Сначала люди в Интернете начали присылать нам адреса жилищ чиновников. Мы начали создавать табличку в Google. Сейчас это переросло в очень неплохую базу данных на сайте. По Гарной Хате уже было десятка два журналистских расследований. Это же прекрасно, как для вещи, которую я делал ночью в командировке!

Госреестр – вот проблема для нас. Есть Госреестр, куда можно внести адрес и узнать владельца. Сам реестр шикарен. Но оказывается, у нас в стране это услуга платная! Двадцать гривен с копейками за каждое имя. Это абсурдно.

Сейчас мы полностью обновляем Гарну Хату. Нам помогли с деньгами. Проект снова оживет 15-20 июня, и там уже будет не 63 адреса, а в разы больше. Для начала – за сотню. И не только Киев, а целая Украина!

О каких проектах мы забыли упомянуть?

Так пока хватит! Разве мало? Дима Чаплинский, конечно, уже работает над еще одним проектом, но я о нем не расскажу. Рано еще. Мы попробуем с парковками повоевать.

Кого вы считаете своими союзниками?

Есть передача Слідство.Інфо Дмитра Гнапа, есть Схеми Наталки Седлецкой. Из общественных организаций – Центр противодействия коррупции и Transparency International Україна. Человек сто насобирается, но маловато!

Вы ждете от зрителей отдачи? Надеетесь, что люди подключаться к работе?

Мне бы хотелось, но я не настолько воодушевлен, чтобы ждать этого.

Как побороть коррупцию в Украине? С чего начать?

Нужно собраться вечером и начать решать проблемы подъезда, суметь договориться о благоустройстве двора, парковке или детской площадке, выработать хоть какие-то “человекоподобные” правила и их придерживаться. Чтобы такой договор состоялся, каждому из группы нужно проделать огромный эволюционный скачек. Потому что от той точки, где мы находимся сейчас, до договоренности “не парковаться, как мудак” расстояние в разы большее, чем от такой договоренности – до создания общественной организации по контролю за деятельностью генпрокурора.

Автор материала: Алена Стадник

По материалам: Nv.ua

Материалы по теме: