Линия жизни: Сколько проживет обновленная коалиция БПП и НФ

У коалиции “Европейская Украина” 14 апреля началась вроде бы вторая жизнь: собрав в двух фракциях 226 голосов, БПП и “Народный фронт” формально реанимировали большинство. Насколько успешным оказалось воскрешение? Осечку...

У коалиции “Европейская Украина” 14 апреля началась вроде бы вторая жизнь: собрав в двух фракциях 226 голосов, БПП и “Народный фронт” формально реанимировали большинство. Насколько успешным оказалось воскрешение? Осечку обновленная коалиция дала в первые же часы своего существования, что лишь всколыхнуло разговоры о ее судьбе.

Круговорот партнеров в джунглях

До действующей реанимированной в Верховной Раде было шесть коалиций, и их истории поучительны в том смысле, что заложили нечто вроде матрицы, которую “Европейская Украина” пытается сломать.

Первопроходцем стал альянс “Блока Юлии Тимошенко”, “Нашей Украины” и СПУ в Верховной Раде 5 созыва в 2006 году. Именно тогда вступили в силу изменения в Конституцию Украины о трансформации формы правления в парламентско-президентскую республику с обязательной коалицией. В результате трехмесячных переговоров родилось большинство “Коалиция демократических сил” в вышеописанном составе, но просуществовало оно чуть более двух недель: с 22 июня по 7 июля 2006 года. В июле лидер СПУ Александр Мороз заявил о выходе из коалиции в новое большинство с КПУ и Партией регионов и Виктором Януковичем во главе. Эта конструкция под названием “Антикризисная коалиция” прожила дольше, с июля 2006 года по апрель-май 2007 года, но сама же и породила кризис: исходом противостояния между Януковичем и тогдашним президентом Виктором Ющенко стали досрочные выборы Верховной Рады.

В избранном на тех выборах парламенте 6 созыва в конце 2007 года была сформирована “Коалиция демократических сил” БЮТ и НУНС, прожившая до 2008 года, когда разразился мощный политический кризис: Виктор Ющенко издал указ о роспуске и этого парламента, но судебные тяжбы заблокировали еще одни досрочные выборы. В сентябре 2009 года к БЮТ и НУНС присоединился Блок Литвина и большинство в новом формате получило длинное название “Коалиция национального развития, стабильности и порядка”. Уже в марте 2010 года Верховная Рада с подачи фракции Партии регионов отправила премьера Юлию Тимошенко и все правительство в отставку, а сами “регионалы” сформировали с КПУ, Блоком Литвина и отдельными депутатами “Коалицию стабильности и реформ” и умудрились выдержать друг друга в течение двух лет. В Верховной Раде 7 созыва, из-за реверса политреформы, не было предусмотрено коалиций. Поэтому следующей, шестой по счету, стала коалиция “Европейский выбор” фракций “Батькивщина”, “Свобода” и УДАР и двух групп, сформированная на пике Революции Достоинства в конце февраля 2014 года, когда политреформа (поправки в Конституцию) вновь вступила в силу. Это парламентское большинство проработало до июля 2014 года, а уже в августе Верховная Рада 7 созыва была распущена нынешним президентом Петром Порошенко.

Нетрудно рассмотреть две глубинные причины распада всех украинских коалиций: это нестыковки между партнерами и противостояние с президентом Украины или премьером. То есть, либо внешний нажим, либо внутренний разрыв. Третьей причиной можно считать пресловутый “человеческий фактор”, когда депутаты и фракции покидали большинство из корыстных мотивов (“тушкование”). Впрочем, эти мотивы всегда подпитывались кем-то или изнутри, или извне. Независимо от причин, слабым местом парламентского большинства была его стойкость.

Минус грабли, плюс любовь

Обновленная коалиция “Европейская Украина” была создана в конце ноября 2014 года и в составе пяти фракций: БПП, “Народного фронта”, “Батькивщины”, РПЛ и “Самопомочи”, – и просуществовала… Есть разные точки зрения. Одни говорят, что до 18 февраля 2016 года, то есть, 15 месяцев, другие – что она никогда не прекращала существование и работает по сей день. Если говорить по компромиссу, то “в обновленном формате”, с участием БПП и “Народного фронта”, коалиция начала работать с 14 апреля 2016 года. Если альянсу удастся пронести пламя дружбы сквозь сложные ближайшие 9 месяцев, рекорд продолжительности жизни парламентского большинства в виде 24 месяцев будет побит. Ну это если считать по методологии коалициантов.

И, похоже, обновленные коалицианты всерьез настроены на рекорды. Во-первых, старательно обходят подводные камни предыдущих коалиций. Например, то же коалиционное соглашение. Вместо переписывания имеющегося талмуда обошлись приложением. Удалось миновать и небезопасный момент формализации парламентского большинства: заявили, что де юре оно не умерло, а восстановлено, и никому ничего доказывать (в частности, подписями) не нужно. Во-вторых, крепость партнерства упрочена расстановками представителей двух политсил на различных должностях. В-третьих, назначение Владимира Гройсмана премьером должно до известной степени нейтрализовать возможную напряженность как по линии “президент-коалиция”, так и по не менее острой линии “премьер-коалиция”.

Однако теория – теорией, а на практике в первые же часы своей работы обновленная коалиция “на двоих” пережила не просто осечку, а серьезное обострение хронической болезни – нехватки голосов. Во время голосования по Программе действий правительства, гарантирующей иммунитет Кабмину Владимира Гройсмана до 14 апреля 2017 года, пришлось несколько раз ставить вопрос на голосование и объявлять внеочередной перерыв, – до искомых 226 не хватало то 4, то 2, а то и 1 голоса. Игра на нервах друг у друга, тем не менее, не сбила пафос момента.

Сколько веревочке виться

Заместитель председателя фракции БПП Алексей Гончаренко в комментарии 112.uaподчеркнул, что 14 апреля “день надежды: мы все-таки вышли из политического кризиса и надеемся, что, если новый кризис и разразится, то не скоро”. Парламентарий дает обновленной коалиции минимум один год. Его соратник по фракции Александр Черненко смотрит дальше и не исключает, что парламентское большинство проработает до завершения нынешнего созыва Верховной Рады: “Надеюсь, все члены коалиции понимают свою ответственность, что мы сформировали большинство для развития страны, для движения вперед, и я верю, что эта коалиция проработает до завершения созыва”. По срокам с ним солидарен и член фракции “Народный фронт” Дмитрий Сторожук: “Уверен, что коалиция проработает до завершения созыва”. В том числе и потому, что те демократические силы, которые сегодня есть в парламенте, не смогут объяснить своим избирателям, почему не голосуют за демократические европейские законы. “И они также будут голосовать, пребывая в так называемой псевдооппозиции”, – предположил он.

Не исключает рекордного существования действующего парламентского большинства и внефракционный Юрий Левченко, но по иным причинам: “Все будет зависеть от выдержки украинского народа. Если люди не будут реагировать, то они и до конца созыва способны просидеть. В противном случае, они будут вынуждены пойти на досрочные выборы”.

Краткие сроки жизни коалиции пророчат, естественно, оппоненты. Игорь Мосийчук дает 2-3 месяца коалиции “циничных барыг, олигархов и откровенных агентов Кремля”. “Если они не смогут показать конкретику в ближайшие 2-3 месяца, к сожалению, их ожидает судьба правительства Арсения Яценюка: народное недовольство, колоссальное падение рейтингов, просто ненависть к ним людей. Причем это произойдет быстро, потому что, у людей нет времени ждать, уровень бедности в стране превышает все разумные показатели”, – убежден сопредседатель депутатской группы “Возрождение” Виктор Бондарь.

Мины замедленного действия

Как ни старается обновленная коалиция избежать ошибок предшественников, слабых мест у нее предостаточно. Главное – доверие. На вопрос, что может развалить парламентское большинство “на двоих”, народный депутат (фракция “Самопомич”) Виктория Войцицкая убежденно ответила, что “недоверие: “Это та причина, по которой и “Самопомич” вышла из коалиции. Мы предлагали изменить даже не правила игры, а ценности, принципы и подходы. Они этого не захотели сделать и не сделают, об этом ясно свидетельствует сэндвич-постановление из трех пунктов. Яркий пример недоверия коалиции”.

Алексей Рябчин (“Батькивщина”) также усматривает главную опасность для коалиции в отсутствии доверия: “То, что я ощущаю, у них нет доверия друг к другу. Даже “шахматку” Кабмина полностью согласовать не смогли”. (Напомним, правительство сформировано без министра здравоохранения, – ред.)

“У них такая там “любовь” внутри, что готовы загрызть друг друга в объятиях, – делится впечатлениями от коалициады Игорь Мосийчук. – Более того, некоторые события, которые предшествовали 14 апреля, вроде бы и не связаны с политическими процессами, но на самом деле направлены на “выбивание” того или иного претендента из гипотетического Кабмина”. Результата у такой коалиции в принципе быть не может, что, в итоге, возмутит украинское общество, “люди выйдут на улицы”, добавляет депутат.

Опасным для единства парламентского большинства может стать Программа действий правительства, как, собственно, и сам Кабмин. Виктор Бондарь, впрочем, полагает, что внекоалиционные депутаты помогут большинству: “Понимаю, им сложно работать в таком формате, так как, они такие друзья, что враги им и не нужны. Однако полагаю, все, что будет иметь здравый смысл, парламент одобрит, и популистские проекты будут проходить “на ура”. К сожалению, этому правительству придется принимать и непопулярные решения, и они могут вызвать в Верховной Раде шквальную критику и, возможно, разрушить коалицию”.

Александр Черненко усматривает угрозу в амбициях и политических интересах политиков, причем в обеих фракциях обновленной коалиции. Если эти интересы и амбиции (например, поднять рейтинг перед выборами) будут поставлены выше государственных, угроза распада станет реальной.

Угрозы действительно сильны, но внушает оптимизм тот факт, что их осознают и сами члены коалиции. Алексей Гончаренко на вопрос, что, гипотетически, может разрушить обновленное большинство, предположил, что губительной для него будет неэффективная работа правительства, невыполнение задач, стоящих перед страной. Коллега по фракции, один из новых депутатов, усматривает опасность в интересах кланов, которые, в итоге, могут ее и разрушить.

Пока что обновленное большинство старательно обходит опасные или острые моменты или “стелит соломку”. Но тесты на разрыв уже начались, например, неоднозначные замечания в адрес министра финансов. Теоретически, партнеры с 2014 года БПП и НФ должны доверять друг другу. На практике, обе стороны постарались заручиться взаимными гарантиями, а в парламенте страховкой от нехватки голосов на первых порах станет страх демократической оппозиции прослыть предателями курса евроинтеграции. Однако главным цементирующим фактором, скорее всего, станет бесперспективность политического развода, ведь ниша демократической оппозиции занята и тесно утрамбована. И только острое желание досрочных выборов парламента способно разрушить шаткий, но на данный момент действенный двигатель реформ.

Автор материала: Лилия Брудницкая

По материалам: 112.ua

Материалы по теме: