Китай – риски для украинской экономики

С начала года сырьевые рынки растут бодрыми темпами. Для многих стало удивительно, что рост продолжился и во втором квартале. Сюрпризы с нефтью по $40 за баррель и стальным прокатом...

С начала года сырьевые рынки растут бодрыми темпами. Для многих стало удивительно, что рост продолжился и во втором квартале. Сюрпризы с нефтью по $40 за баррель и стальным прокатом по $400 за тонну приятны для всех развивающихся рынков, и уже очевидно, что в 2016 году они будут жить «долго и счастливо», если этот счастливый сценарий не испортит Китай.

Под присмотром «старших» братьев

Начало года для КНР было нехорошим. МВФ сократил прогнозы по росту китайского ВВП. Шагу МВФ предшествовала шумиха в американской и британской прессе, что власти КНР считают ВВП не по общепринятой методике. Напомню, что юань осенью 2016 года официально пополнит перечень мировых резервных валют, и похоже, что члены элитного финансового клуба валют встретили новичка холодным душем.

Тем не менее, правительство КНР продолжало настаивать на верности своих прогнозов и в начале апреля МВФ уступил. По мнению Фонда, ВВП КНР в 2016 году вырастет на 6,5%, а в 2017 — на 6,2%, при инфляции в 1,8% и 2% соответственно. Фонд часто ошибается в своих прогнозах, однако в этот раз от него ждали не точности прогноза, а «политического признания», что для развивающихся рынков 2016 год будет не таким проблемным, как прогнозировали ранее.

Думаю, что остальные страны-эмитенты мировых резервных валют, признанных МВФ, не в восторге от текущей ситуации с КНР. Перегретая экономика КНР требует медленного охлаждения, а вот ее масштабы уже достигли такого уровня, что эти потребности игнорировать нельзя. В 2015 году номинальный ВВП Китая достиг $11,38 трлн., а ВВП по покупательной способности — $19,51 трлн. По ВВП, рассчитанному по покупательной способности, Китай обогнал ЕС на $330 млрд. и Соединенные Штаты — на $1,54 трлн.

А тем временем в Китае

Рыночная экономика КНР под руководством коммунистической партии остается очень и очень специфической. Экономический эффект от беби-бума уже прошел, проходит эффект и от быстрой урбанизации населения. Доля госсектора в экономике КНР составляет почти 50%. Это порождает ряд классических проблем, одна из которых — как правильно стимулировать рост экономики КНР.

Народный банк Китая периодически подбрасывает на рынок ликвидность. Последняя инъекция была сделана в размере $80 млрд. в апреле 2016 года. Анализ подробностей действий НБК указывает на то, что Банк стремился избрать процедуру, согласно которой вливание в рынок происходит по низшей из возможных ставок. Таким образом, 260 млрд. юаней влили в банковскую систему через механизм обратного РЕПО под 2,25%, при том, что ключевая ставка НБК составляла 4,35%.

Весь 2015 год, кроме мягкой политики НБК, в КНР старались поддержать и падающий фондовый рынок. Правительство выделяло значительные объемы средств на скупку акций. Но такие интервенции очень быстро закончились арестами и расстрелами коррупционеров среди инвестбанкиров и госчиновников. В банках также есть проблема коррупции, которая половинит позитивный эффект от лечения экономики ликвидностью.

Первые скандалы уже произошли — первенцем стал муниципальный Bank of Liuzhou. Так, в конце 2014 года выяснилось, что ранее банк выдал огромный кредит на 32,8 млрд. юаней ($4,9 млрд., что на тот момент составляло 40% активов банка), обеспеченный поддельными документами. Следующими в списке оказались девятый по активам China Citic Bank и третий по величине Agricultural Bank of China. Пока китайская экономика растет, коррупцию в банковском секторе проще скрывать, но вот охлаждение экономики после 2017 года может вскрыть небывалые проблемы. Сейчас, по разным оценкам, от 10 до 25% кредитов, выданных китайскими банками, так или иначе связаны с коррупционными схемами, а значит, потенциально могут быть проблемными.

Китаезависимость

Сейчас у Украины все хорошо. Цены на стальной прокат и железорудное сырье закончили период очередного роста. Но нужно учитывать, что КНР по производству стали занимала в 2015 году первое место в мире и на нее приходилось 49,5% мирового производства. С таким объемом производства Китай мог диктовать свою политику на рынке стального проката, что он и делал.

Однако в начале 2016 года Китай объявил о начале долгосрочной программы по сокращению производственных мощностей в металлургии на 100-150 млн. тонн стали в год, а также выделил на металлургию и угольную отрасль примерно $15 млрд. (в основном на помощь рабочим, меняющим специальность). Но уже в апреле 2016 выяснилось, что если сократить мощности так, как было запланировано, то китайским банкам придется списать металлургам примерно $1,5 млрд., и это по самым скромным оценкам.

Учитывая подъем в металлургии, который мы сейчас наблюдаем не только в черноморском, но и в азиатском регионе, правительство Китая может приостановить планы по выведению производственных мощностей из эксплуатации. Это охладит как рынок проката, так и ЖРС. При этом Украина вполне может оказаться в ситуации, когда все сырьевые рынки будут расти, а именно стальной прокат и ЖРС, находясь под влиянием политики КНР, будут расти не так, как хотелось бы, или даже стагнировать.

Замечу, что кроме решения вопроса о проблемных кредитах металлургам, правительство КНР сейчас цепляется за любую возможность позитивно повлиять на экономику. Так что отечественным металлургам не стоит ожидать ослабления конкуренции с производителями из КНР. С другой стороны, система принятия решений и их отмены в КНР довольно инертная, поэтому пересмотра плана по сокращению мощностей можно ожидать не ранее июля-августа 2016 года. Пока же ситуация на этом сегменте глобального рынка хороша для наших экспортеров.

По материалам: Сapital.ua

Материалы по теме: