Дефолт Украины неизбежен: почему власти выгодно, чтобы все так думали?

24 июля 2015 года – вероятная дата первого дефолта Украины по внешним обязательствам за всю историю независимости. И хотя эта дата «из будущего», она уже стала настоящим. Министр финансов...

24 июля 2015 года – вероятная дата первого дефолта Украины по внешним обязательствам за всю историю независимости. И хотя эта дата «из будущего», она уже стала настоящим. Министр финансов Наталья Яресько, сказав всего два слова – «теоретически возможно», признала неизбежность дефолта. А эксперты Goldman Sachs начали готовить к этому «факту» мировую общественность.

Но почему дефолт «будет» именно в пятницу 24 июля? Ведь дефолтом регулярно пугают страну уже несколько лет, а его все нет и нет. В этот день* Украина должна осуществить плановую выплату процентов по еврооблигациям 2012 года – на $120 млн. Тогда правительство Николая Азарова на пять лет одолжило $2,6 млрд под 9,25% годовых. И до сих пор власть регулярно платила по долгам, вот и в минувший понедельник она перечислила России $75 млн купонного дохода по еврооблигациям 2013 года. Именно покупку этих бумаг Россией Петр Порошенко назвал «взяткой» Януковичу. И если можно платить стране-агрессору и злейшему соседу по совместительству, то что не так с очередным обычным платежом в пользу частных кредиторов?

Сейчас идут жесткие и пока безуспешные переговоры о реструктуризации задолженности перед частными кредиторами. Якобы Украина предложила им списать 40% (стороны это не опровергли) задолженности, но кредиторы прямо заявили: списывать ничего не будем, согласны отсрочить уплату долга и, возможно, снизить проценты, но заемщик должен отдать все до последнего цента.

Отказ Украины платить проценты – часть психологического торга, причем он ведется даже не вокруг всего госдолга. К началу лета Украина задолжала всем кредиторам $67,7 млрд. Из них $43,5 млрд страна привлекла за рубежом, остальное – на внутреннем рынке. Вы думаете, что Украина хочет списать эти $43,5 млрд? Нет! Сама идея возможности списания хотя бы $1 кредитов МВФ, стран G7 и международных финансовых организаций табуирована. Их нельзя трогать. Реструктуризации подлежат только $19 млрд, одолженные частными кредиторами Украине, Киеву и госкомпаниям.

Украина требует списания 40% этого долга, то есть $7,6 млрд. Вы осознали масштаб? Государство хочет снизить свой долг всего на 11,2%. Но эта сумма только на первый взгляд кажется несущественной. По курсу 21 грн/$ это 160 млрд грн, или треть всех доходов госбюджета текущего года. Можно посчитать иначе – это четыре годовых бюджета Минобороны. Это самый простой ответ на вопрос, почему власть впервые одновременно и не может, и не хочет платить по долгам в полном объеме. Есть расходы поважнее, считают в Минфине, и с ними сложно не согласиться.

Чтобы припугнуть «недобросовестных кредиторов» (и пусть вас не шокирует эта формулировка власти), Украина приняла закон, которым с 31 мая наделила Кабмин правом вводить временный мораторий на оплату внешних долгов до завершения их реструктуризации. Но Кабмину ничего не мешает отказаться платить по долгам (в риторике власти это означает «объявить дефолт») и без принятия отдельного закона. Важный нюанс состоит в том, что этим документом украинским судам запрещено по искам кредиторов принудительно взыскивать и продавать имущество проблемного заемщика – государства Украина – на территории Украины. Это также элемент давления на кредиторов.

Но возможно ли 24 июля избежать пока еще «теоретического» дефолта? Да, если Украина вовремя заплатит $120 млн. Но как она тогда сможет убедить весь мир, что государство не способно платить по остальным долгам, если вовремя проведенный платеж говорил бы об обратном. Поэтому, даже имея валюту на счетах в НБУ, Украина будет вынуждена отказать кредиторам в оплате. Если, конечно, кредиторы до этой даты не сделают Арсению Яценюку предложение, от которого невозможно отказаться. А пока признаки давления и торга будут появляться все чаще, ведь обе стороны переговоров поставили на кон слишком много.

По материалам: Uainfo.org

Материалы по теме: